Фарфоровая статуэтка «Хозяйка медной горы». Дулево. 1999 год

Фарфоровая статуэтка «Хозяйка медной горы». Дулево. 1999 год

Век: 20
Страна происхождения: СССР
1819/270  просмотров
Номер лота: 8025

Фарфоровая статуэтка «Хозяйка медной горы». Дулево. 1999 год

Высота: 33 см.

 

 

Дулевский фарфор

     Дулево это один из бывших заводов Товарищества Кузнецовых, а у Матвея Сидоровича Кузнецова была цель производить фарфор дешевый, но высокого качества. При основании «Товарищества» перед Кузнецовым стояла задача обеспечить рентабельность фарфорового производства, чтобы обеспечить конкурентоспособность своей продукции по отношению к высококачественному и недорогому европейскому фарфору и при этом не потерять и старых клиентов купленных им заводов. А скупил он практически все – фабрику Сафронова (ныне Дулево), Гарднера (ныне Вербилки), Ауэрбаха (ныне Конаковский фаянсовый завод) и множество других больших и мелких производств, которые объединил под своей торговой маркой. На фабриках «Товарищества» изготавливалась фарфоровая, фаянсовая и полуфаянсовая посуда, майоликовые и терракотовые украшения для внутренней отделки, изразцы и детали для печей и каминов, телеграфные и телефонные изоляторы и то, что мы сейчас называем санфаянсом – умывальные чаши и ванны. 

     Корни  Дулевского фарфора тянутся из Гжели, где более 600 лет назад уже существовали керамические промыслы. Но количество мелких фабрик там было столь велико, что Кузнецовы решают перевести производство в более выгодное место. Терентий Яковлевич Кузнецов покупает у помещиков Сарычевых пустошь около деревни Ликино Покровского уезда Владимирской губернии, рядом с большими залежами торфа.

     Но, видимо, не только торф привлёк внимание предпринимателя: дорога, ведущая из Гжели в Дулёво, проходила возле фарфоровой фабрики Сафронова, а точнее сказать – через неё. Фабрику Кузнецовы у Сафронова купили – естественно, вместе с мастерами, которые уже выработали свой особый «сафроновский» стиль росписи. Сафроновские  живописцы знали особый рецепт приготовления ярких керамических красок и фарфоровой массы, искусно расписывали изделия способом крытья — синим, розовым, желтым, малиновым и кобальтом. Для отделки дорогой посуды использовали золото, гравировали агатом. Сафроновские живописцы вслед за Гарднером, который копировал Мейсенские изделия, имитировали уже Гарднера, создавая своеобразный европеизированный стиль росписи на русский манер.

     Кроме сафроновских живописцев Кузнецов пригласил в Дулево и гжельских, а надо сказать, что тогдашняя Гжель это еще не кобальт, к которому мы сейчас привыкли. В то время изделия гжельских фабрик украшала многоцветная яркая мазковая роспись с использованием подглазурного синего рисунка – подмалёвка. Взаимное влияние «гжельского» и «сафроновского» стиля дало толчок к созданию нового стиля – «кузнецовского». 

     Дулевский фарфоровый завод стал известен крупными яркими расписными чашками и чайниками, популярными в среде русского купечества и мещанства, получившими название «трактирная посуда». Они ассоциировались с русским чаепитием и составляли сервировку трактиров и чайных. 

 

 

Хозяйка медной горы

     По одной из версий, Хозяйка Медной горы является духом местности, в данном случае — божеством месторождения Гумешки, также известной как «Медная гора», чья история насчитывает десятки веков горной добычи. По другой, принятой в ученых кругах теории, ее образ стал результатом преломления в сознании простого народа клейма с изображением Венеры, которая ставилась на полевскую медь (Сысертский уезд бывшей Пермской губернии, а теперь Свердловской области).

     Однако на этом мифологические и реальные корни легенды о Малахитнице не заканчиваются, а лишь начинаются. Обратимся к нашему первоисточнику, а именно сказам Павла Бажова. Вот как описана Хозяйка:

«…И уж такое крутое колесо — на месте не посидит. Вперед наклонится, ровно у себя под ногами ищет, то опять назад откинется, на тот бок изогнется, на другой. На ноги вскочит, руками замашет, потом опять наклонится. Однем словом, артуть-девка. Слыхать — лопочет что-то, а по-каковски — неизвестно, и с кем говорит — не видно. Только смешком все. Весело, видно, ей…»

     Можно проследить параллели с обычной славянской нечистью: полуденницами, кикиморами, оборотнями лесными. Отсюда и невнятный шёпот, и перекидывание облика, и двуединый характер (доброго и злого, карающего и дающего) крестной силы, на которую столь богат славянский фольклор.

     Но одновременно, Малахитница является и владелицей медных копей, хозяйкой самоцветов и всего подгорного мира, а это, по мнению фольклористов, например, В. Я. Пропи, делает ее повелительницей царства мертвых, а людей, пришедших к ней сквозь камень — покойниками (параллельно можно вспомнить топонимическую легенду о Полюде, который «ушел в гору»).

     Согласно верованиям древних угров, поклонявшихся ей, у Хозяйки было множество имен: Золотая Баба, Сорни-Эква (буквально «золотая женщина»), Калташ-Эква, Йоли и т. д. Она не только отбирала жизни, но и давала их. А по представлениям вогулов, угров, манси и других племен, проживавших на территории Урала, души принимали облик жучков и ящериц, да и сама богиня могла превращаться в змейку или ящерку.


Куплю объективы от советских фотоаппаратов в отличном состоянии.

Фотографии можно прислать на

Whatsupp +7 985 211-86-66 или почту habartorg@mail.ru

Андрей (Москва)


 

фарфор, фарфоровая, хозяйка, медной, горы, малахитница, урал, сказка, красавица, фигурка, статуэтка, ящерка, ящерица, клад